Уже несколько десятилетий проблема бесплодия остается одной из ведущих в современной медицине и приобретает все большее медико-социальное значение. Это связано с увеличением частоты распространения бесплодия в парах, что приводит к снижению рождаемости и, как следствие, сокращению численности населения1 [1]. Бесплодие затрагивает миллионы людей репродуктивного возраста во всем мире, оказывая воздействие на их семьи и общество в целом. По оценкам экспертов, проблема бесплодия касается 48 млн пар и 186 млн человек в мире [2–4].

По данным некоторых эпидемиологических исследований, частота бесплодных браков в Российской Федерации (РФ) колеблется от 10% до 19% и в ряде регионов превышает критический уровень, установленный Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ)2. В рамках международной программы ВОЗ «Репродукция человека» проведен ряд эпидемиологических исследований в Алтайском крае, Томской, Иркутской и Кемеровской областях, которые позволили уточнить истинную распространенность и структуру бесплодного брака в этих регионах3 [5–7]. Согласно полученным результатам в различных субъектах Сибирского федерального округа показатель бесплодных браков составлял от 16,2% в Алтайском крае до 24,9% в Забайкальском крае.

Главным методом преодоления последствий бесплодия, которое не удалось излечить, является использование вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ), в т.ч. экстракорпорального оплодотворения (ЭКО), интрацитоплазматической инъекции сперматозоида (ИКСИ) и внутриматочной инсеминации [8].

Ретроспективный анализ данных нескольких национальных регистров Европейского союза, Соединенных Штатов Америки (США), Австралии и Новой Зеландии за период 1997–2016 гг. продемонстрировал увеличение количества не только методов ВРТ, но и проводимых процедур [9]. В структуре различных методов ВРТ преобладают ЭКО, ИКСИ и перенос размороженных эмбрионов. В 2016 г. в странах Европы было реализовано более 918 тыс. процедур ВРТ, в США – более 301 тыс., в Австралии и Новой Зеландии – более 78 тыс. В среднем количество циклов на 1 млн женщин репродуктивного возраста составило 1220 для Европейского союза, 934 для США, 2688 для Австралии и Новой Зеландии [9].

Данные отчета Российской Ассоциации Репродукции Человека (РАРЧ) за 2020 г. [10] демонстрируют, что общее количество доступных анализу циклов ВРТ, выполненных в российских центрах, составило 148 660 (в 2019 г. – 165 463 цикла (–10,2%)). В 2020 г. на 1 млн населения было выполнено 1017 циклов ВРТ (в 2019 г. – 1128 циклов (9,8%)). В сравнении с 2014 г. этот показатель увеличился почти в 2 раза. Доля родов после преодоления бесплодия с помощью ВРТ в общем числе родов в РФ сохранилась на уровне 2019 г. (2,4%), что привело к рождению 333 599 детей за период с 1995 г.

В настоящее время на территории РФ реализуется национальный проект «Демография», в рамках которого предусмотрено развитие применения ВРТ, за период 2019–2024 гг. планируется проведение не менее 450 тыс. циклов ЭКО за счет средств базовой программы обязательного медицинского страхования (ОМС) [11].

Овариальная стимуляция, или стимуляция яичников, в программах ЭКО и ИКСИ – это фармакологическая стимуляция одномоментного развития и созревания пула фолликулов с целью получения нескольких/множества ооцитов при их пункции. Стимуляция яичников является неотъемлемой частью ЭКО [12].

К настоящему времени нет международного или общенационального консенсуса по проведению программ стимуляции яичников, в результате чего подбор оптимальной дозы фолликулостимулирующего гормона (ФСГ) для получения приемлемого количества ооцитов остается крайне сложным и субъективным процессом, нередко решение о подборе необходимой дозы препарата принимается исходя из личного клинического опыта врача. При бедном ответе яичников значительно снижаются шансы получить бластоцисты хорошего качества, которые впоследствии могут привести к беременности и рождению здорового ребенка. При чрезмерном ответе яичников на стимуляцию может развиться крайне опасная для здоровья женщины ситуация – синдром гиперстимуляции яичников (СГЯ) [12].

Следует отметить высокую медицинскую и социоэкономическую значимость данной проблемы. Прежде всего, СГЯ является инвалидизирующим и потенциально летальным ятрогенным осложнением. Также этот синдром ассоциирован с неблагоприятными социально-экономическими последствиями, такими как длительное пребывание пациенток на стационарном лечении в отделениях интенсивной терапии и реанимации, необходимость значительных затрат на лечение и поддержание жизнедеятельности, длительная нетрудоспособность и реабилитация [13]. По данным отчета РАРЧ за 2020 г. [10], было зафиксировано 462 случая развития СГЯ средней и тяжелой степени (в 2019 г. – 359 случаев, в 2018 г. – 407, в 2017 г. – 744). В расчете на число начатых циклов частота СГЯ средней и тяжелой степени составила 0,3% (в 2019 г. – 0,2%, в 2018 г. – 0,3%).

В современной клинической практике для индукции множественного развития фолликулов при проведении искусственного оплодотворения применяют несколько видов рекомбинантного ФСГ: фоллитропин альфа, фоллитропин бета, корифоллитропин альфа и фоллитропин дельта. Последний был зарегистрирован на территории РФ в 2021 г.

Фоллитропин дельта – рекомбинантный ФСГ человека, он является препаратом, стимулирующим рост и развитие фолликулов. При подкожном введении рекомбинантного ФСГ наблюдается образование множественных зрелых фолликулов. Аминокислотная последовательность двух субъединиц фоллитропина дельта идентична последовательности аминокислот в эндогенном ФСГ человека. Синтез фоллитропина дельта осуществляется с использованием клеток человека линии PER.C6, поэтому профиль гликозилирования отличен от такового у фоллитропина альфа и фоллитропина бета [14]. Режим дозирования препарата фоллитропин дельта подбирается индивидуально для каждой пациентки с целью достижения ответа яичников с благоприятным соотношением безопасности и эффективности терапии, т.е. получения достаточного количества ооцитов и снижения частоты возникновения СГЯ [14].

Наличие на отечественном фармацевтическом рынке нескольких препаратов для стимуляции яичников создает проблему выбора конкретного препарата в конкретной ситуации. С учетом ограниченности бюджета системы здравоохранения при выборе лекарственных препаратов должны приниматься во внимание как клинические особенности, так и фармакоэкономический профиль используемой медицинской технологии. Обзор отечественной литературы показал, что на данный момент не существует клинико-экономических исследований применения фоллитропина дельта для овариальной стимуляции при проведении циклов ВРТ.

Цель – провести сравнительный фармакоэкономический анализ применения фоллитропина дельта для выполнения контролируемой стимуляции яичников у взрослых женщин с целью индукции роста множественных фолликулов при проведении циклов программ ВРТ – ЭКО или ИКСИ.

В соответствии с поставленной целью были сформулированы следующие задачи исследования:

Применение фоллитропина дельта обладает схожей клинической эффективностью c фоллитропином альфа, но при этом позволяет достичь ответа яичников с благоприятным соотношением безопасности и эффективности терапии, т.е. получить достаточное количество ооцитов при снижении частоты возникновения СГЯ, что приведет к уменьшению прямых медицинских затрат на проведение циклов программ ВРТ (ЭКО или ИКСИ).

Исходя из гипотезы исследования о том, что применение фоллитропина дельта для выполнения контролируемой стимуляции яичников у взрослых женщин с целью индукции роста множественных фолликулов при проведении циклов программ ВРТ (ЭКО или ИКСИ) является клинически эффективной и экономически оправданной стратегией организации помощи пациенткам на территории РФ, для определения лекарственных препаратов сравнения были использованы следующие критерии отбора:

Несоответствие хотя бы одному из критериев служило основанием для исключения препарата из дальнейшего анализа. В качестве технологий сравнения могли быть использованы следующие препараты: фоллитропин альфа, фоллитропин бета, корифоллитропин альфа и комбинация «фоллитропин альфа + лутропин альфа».

Среди представленных препаратов только комбинация «фоллитропин альфа + лутропин альфа» имеет отличное от других показание к применению. Корифоллитропин альфа является стимулятором роста фолликулов пролонгированного действия, который по фармакодинамическим свойствам сопоставим с рекомбинантным ФСГ, но обладает значительно более длительным действием за счет присоединения к бета-цепи человеческого ФСГ конечного С-пептида бета-субъединицы хорионического гонадотропина человека.

Среди оставшихся возможных технологий сравнения только фоллитропин альфа входит в перечень ЖНВЛП на 2023 г. и соответствует всем остальным критериям отбора.

В доступных источниках был проведен поиск работ по эффективности и безопасности применения препаратов для контролируемой стимуляции яичников у взрослых пациенток при проведении циклов программ ВРТ. Для выполнения обзора литературы были определены критерии в соответствии со схемой PICO(S) [15]:

Для анализа были отобраны полнотекстовые работы с высоким уровнем доказательности, в которых проводилось сравнение эффективности и безопасности применения анализируемых препаратов для выполнения контролируемой овариальной стимуляции в рамках циклов программ ВРТ у взрослых пациенток. В результате поиска было отобрано два крупных РКИ – ESTHER-1 [16] и ESTHER-2 [17]. Также отдельно рассматривались результаты объединенного анализа указанных РКИ [18].

Исходя из гипотезы исследования о том, что применение препарата фоллитропин дельта ассоциировано с более предсказуемым овариальным ответом и минимизированным риском развития СГЯ, включая пациенток с эндокринным фактором бесплодия (в т.ч. с синдромом поликистозных яичников), по сравнению с применением фоллитропина альфа при проведении контролируемой овариальной стимуляции в рамках программ ВРТ, анализ проводился с использованием метода «затраты–эффективность», который подразумевает соотнесение затрат с полученными результатами и сравнение двух и более альтернативных медицинских технологий по этому показателю [19]. В случае проведения овариальной стимуляции в рамках программ ВРТ был выбран показатель, оценивающий безопасность терапии (частота выполнения профилактических медицинских вмешательств в отношении развития СГЯ), для которого получены статистически значимые различия при применении фоллитропина дельта и фоллитропина альфа в ходе крупного РКИ ESTHER-1 [16].

Результаты РКИ ESTHER-1 [16] продемонстрировали, что индивидуальный подбор дозы фоллитропина дельта позволяет значительно снизить частоту развития СГЯ, а также минимизировать проведение профилактических вмешательств для его предотвращения – 2,3% в группе фоллитропина дельта и 4,5% в группе фоллитропина альфа (р=0,005). В отношении других параметров безопасности также отмечается тенденция к снижению риска развития СГЯ любой степени тяжести и необходимости проведения профилактических мероприятий в группе фоллитропина дельта.

В рамках исследования ESTHER-2 [17] было продолжено изучение профиля безопасности фоллитропина дельта и показано, что при повторном лечении данным препаратом у пациенток с ранее существовавшими или вызванными лечением антителами к ФСГ не увеличивается их титр, не снижается ответ яичников и не возникает побочных эффектов, связанных с иммунитетом.

Объединенный анализ результатов ESTHER-1 и ESTHER-2 показал, что индивидуальный режим дозирования фоллитропина дельта по сравнению со стандартным протоколом фоллитропина альфа имеет статистически значимые преимущества: отношение шансов развития СГЯ средней/тяжелой степени составило 0,50 (95% доверительный интервал (ДИ) 0,26–0,97; р=0,036), необходимости профилактических вмешательств – 0,56 (95% ДИ 0,31–0,99; р=0,044), СГЯ средней/тяжелой степени и/или необходимости проведения профилактических вмешательств – 0,59 (95% ДИ 0,38–0,92; р=0,018) [18].

Древо решений

Для подтверждения гипотезы настоящего анализа была разработана модель древа решений, которая представляет собой структуру возможного развития событий после проведения контролируемой овариальной стимуляции в рамках циклов программ ВРТ (ЭКО/ИКСИ) и отражает возможные исходы (рис. 1).

Ограничением модели древа решений является то, что она не учитывает временной аспект [20]. Однако с учетом того, что рассматриваемая медицинская технология применяется циклами, которые, по данным ряда клинических исследований, длятся в среднем от 8,6 до 9,0 дней [16–18], то применение этого метода моделирования оправданно.

Древо решений начинается с узла принятия решения о применении двух вариантов лекарственных препаратов для проведения овариальной стимуляции: фоллитропина дельта или фоллитропина альфа. Для каждой ветви древа решения была определена соответствующая ей вероятность рассматриваемого события – наступления беременности или прекращения терапии по причине развития тяжелых нежелательных явлений. Вероятность проведения повторных циклов овариальной стимуляции (цикл 2 и цикл 3) являлась условной – вероятность наступления этого события при условии, что другое событие (предыдущий цикл стимуляции) уже произошло. Терминальные узлы замыкают определенную уникальную последовательность развития событий. В качестве исхода рассматривалось наступление беременности или развитие серьезного нежелательного явления, повлекшего за собой необходимость прекращения дальнейшего лечения, – так в конце каждого цикла стимуляции яичников оценивалась необходимость проведения повторного цикла. А вероятность пути определялась как произведение вероятности наступления первого события на условные вероятности наступления последующих событий. Общая характеристика основных параметров модели представлена в таблице 1.

Всего в рамках модели рассматривалось проведение трех циклов овариальной стимуляции. Это обусловлено имеющимися клиническими данными о количестве проводимых циклов овариальной стимуляции при использовании фоллитропина дельта и фоллитропина альфа (ESTHER-1 и ESTHER-2 [16–18]).

Для каждого пути древа решений определялись затраты, связанные с проведением цикла овариальной стимуляции в рамках программы ВРТ, а также затраты на купирование развившихся нежелательных явлений (СГЯ). Ожидаемая стоимость рассматриваемых альтернатив рассчитывалась путем определения средневзвешенной стоимости каждого пути относительно соответствующей вероятности пути, а затем суммирования полученных значений всех путей [20].

Основные допущения модели

В рамках модели рассматривались только два варианта проведения контролируемой овариальной стимуляции – с использованием фоллитропина дельта и фоллитропина альфа. Анализ этих вариантов обусловлен наличием прямых сравнительных исследований (ESTHER-1 и ESTHER-2) [16–18].

Вероятности развития событий и количество проводимых циклов в рамках программ ВРТ было определено на основании данных объединенного анализа двух крупных РКИ (ESTHER-1 и ESTHER-2) [18].

Популяция пациенток, участвовавших в РКИ ESTHER-1 [16] и ESTHER-2 [17], считалась сопоставимой с рассматриваемой в рамках данного клинико-экономического анализа отечественной популяцией пациенток с бесплодием. Данные исследования являются международными мультицентровыми, с участием и пациенток из России, что позволило адаптировать полученные результаты к условиям отечественной системы здравоохранения.

В качестве исхода рассматривалось наступление беременности или развитие серьезного нежелательного явления. В рамках каждого цикла программы ВРТ пациентка могла пройти еще один цикл программы ВРТ при отсутствии наступления беременности или развития серьезных нежелательных явлений, повлекших необходимость прекращения лечения.

В рамках каждого цикла курсовая доза анализируемых препаратов была определена на основании данных двух крупных РКИ (ESTHER-1 и ESTHER-2) [16–18].

В рамках каждого цикла проведения овариальной стимуляции рассматривалась вероятность наступления СГЯ различной степени тяжести и/или проведения профилактических мероприятий и связанных с этим затрат (ESTHER-1 и ESTHER-2) [16–18].

Настоящий клинико-экономический анализ выполнялся с позиции системы здравоохранения РФ, в связи с этим оценивались только прямые медицинские затраты, связанные с проведением контролируемой овариальной стимуляции в рамках циклов программ ВРТ:

Основные допущения фармакоэкономического анализа:

При расчете лекарственных затрат режим дозирования препаратов определялся на основании данных крупных РКИ (ESTHER-1 и ESTHER-2) [16–18], в которых показано, что применение фоллитропина дельта ассоциировано со статистически значимо более низкой курсовой дозой препарата. Рассматриваемый в ходе указанных исследований режим дозирования соответствовал официальной инструкции по применению препаратов [21].

Поскольку в рамках РКИ [16][17] средняя курсовая доза препаратов была указана в микрограммах, то для каждого препарата определялась стоимость 1 мкг действующего вещества. При этом в анализ были включены все торговые наименования без учета формы выпуска и дозировки. Для препарата фоллитропин альфа, включенного в перечень ЖНВЛП, расчет медианы стоимости 1 мкг проводился на основании всех зарегистрированных действующих цен согласно Государственному реестру предельных отпускных цен с учетом налога на добавленную стоимость (НДС) в размере 10%. Цена на лекарственный препарат фоллитропин дельта была предоставлена компанией-производителем. Все данные представлены в таблице 2.

На следующем этапе проводилась оценка затрат, связанных с проведением циклов программы ВРТ. Согласно Методическим рекомендациям по способам оплаты медицинской помощи за счет средств ОМС [22] проведение процедур ЭКО осуществляется в дневном стационаре. При этом в рамках проведения процедуры ЭКО/ИКСИ в соответствии с порядком использования ВРТ выделяются следующие этапы:

Поскольку в основе гипотезы исследования лежит положение о том, что сравниваемые препараты обладают различным профилем безопасности, то дополнительно был проанализирован процесс проведения процедуры ЭКО/ИКСИ в рамках циклов программы ВРТ с учетом того, что на фоне развития нежелательных явлений и других факторов проведение процедуры может быть прекращено на любом из этапов. В РКИ ESTHER-1 [16] и ESTHER-2 [17] подробно проанализирована процедура проведения цикла ЭКО/ИКСИ и движение пациенток в процессе проведения исследования, что позволило определить частоту выполнения различных этапов процедуры ЭКО/ИКСИ в рамках каждого из отдельных циклов ВРТ (табл. 3).

На заключительном этапе оценки затрат проводился расчет стоимости оказания медицинской помощи по причине развития осложнений – СГЯ средней/тяжелой степени и проведение профилактических мероприятий в связи с ним. Частота указанных осложнений была определена на основании крупных РКИ ESTHER-1 и ESTHER-2 [16–18]. Было принято допущение, что в случае развития СГЯ средней/тяжелой степени тяжести пациентка получает специализированную медицинскую помощь в условиях круглосуточного стационара, в случае необходимости проведения профилактических мероприятий в связи с СГЯ – в условиях дневного стационара. При этом помимо затрат на стационарное лечение в случае развития СГЯ средней/тяжелой степени также учитывались затраты на оказание скорой медицинской помощи (СМП).

Затраты на все виды стационарного лечения рассчитывали на основании нормативов финансовых затрат на 1 случай лечения в стационарных условиях за счет средств ОМС согласно Программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2023 год (ПГГ) [23] с учетом Методических рекомендаций по способам оплаты медицинской помощи за счет средств ОМС [22] и методических рекомендаций ФГБУ «ЦЭККМП» [24], определяли коэффициенты затратоемкости для соответствующих клинико-статистических групп (табл. 4, 5).

Затраты на СМП рассчитывали на основании норматива финансовых затрат на 1 вызов СМП за счет средств ОМС согласно ПГГ, который составляет 3 288,90 руб.

Основной целью АВБ была оценка уровня влияния на бюджет системы здравоохранения применения различных вариантов овариальной стимуляции (фоллитропина дельта и фоллитропина альфа) при условии изменения долей использования препаратов. Временной горизонт составил 1 год, с учетом этого при проведении АВБ был использован статический подход, когда численность целевой популяции пациенток не меняется с течением времени [20]. Основная характеристика популяции, у которой предполагается применение анализируемых медицинских технологий: взрослые пациентки с установленным диагнозом бесплодия, которым необходимо выполнение контролируемой овариальной стимуляции в рамках проведения циклов программ ВРТ (ЭКО или ИКСИ).

В рамках реализуемого с 2019 г. национального проекта «Демография» согласно паспорту федерального проекта «Финансовая поддержка семей при рождении детей» на 2023 г. запланировано 78 тыс. циклов ЭКО [11].

Лекарственный препарат фоллитропин альфа, включенный в анализ в качестве препарата сравнения, применяется в текущей практике лечения пациенток с бесплодием по тем же показаниям и в такой же клинической ситуации, что и фоллитропин дельта, и единственный включен в перечень ЖНВЛП. Таким образом, для проведения АВБ рассматривались два альтернативных сценария помощи пациенткам в рамках проведения цикла ЭКО/ИКСИ программы ВРТ:

На заключительном этапе исследования проведен детерминистический анализ чувствительности, целью которого было выявить чувствительность результатов к изменению исходных параметров. В ходе анализа для каждого параметра модели (стоимость лекарственных препаратов, показатели их клинической эффективности, численность целевой популяции и доли применения препаратов в рамках моделируемой практики, а также затраты на цикл программы ВРТ) по очереди изменяли значения в сторону увеличения и уменьшения максимально на 10% с шагом в 1%.

Анализ лекарственных затрат показал, что применение препарата фоллитропин дельта ассоциировано с более высоким уровнем затрат по сравнению с фоллитропином альфа. Разница за цикл 1 составляет 48%, суммарно за три цикла – 49%. При этом при повторных циклах отмечается значительное снижение лекарственных затрат (около 80%) как для фоллитропина дельта, так и для фоллитропина альфа (табл. 6).

Суммарные затраты, связанные с проведением трех циклов ЭКО/ИКСИ программ ВРТ, представлены в таблице 7.

Как видим, применение фоллитропина дельта ассоциировано с меньшим уровнем затрат на проведение циклов ЭКО/ИКСИ программ ВРТ. Данная тенденция характерна как для цикла 1, так и для повторных циклов ЭКО/ИКСИ. Разница в цикле 1 составляет 1%, в цикле 2 – 4,3%, в цикле 3 – –2,1%. Суммарная разница за три цикла ЭКО/ИКСИ составляет 2 769,97 руб. (1,4%).

При этом следует понимать, что проанализированные ранее затраты на лекарственную терапию овариальной стимуляции входят в затраты на цикл программ ВРТ. В цикле 1 на долю лекарственных затрат пришлось 33,9% для фоллитропина дельта и 17,3% для фоллитропина альфа, в цикле 2 – 40,5% и 20,4% соответственно, в цикле 3 – 48,6% и 22,3% соответственно. Т.е. в структуре затрат на цикл программы ВРТ лекарственные затраты занимают меньшую долю по сравнению с остальными затратами.

Применение фоллитропина дельта связано также с меньшим уровнем затрат на купирование осложнений по сравнению с фоллитропином альфа. Необходимо отметить, что полученные затраты представляют собой средневзвешенные на 1 пациентку. При этом 1 случай развития СГЯ средней/тяжелой степени может оказывать намного более значимую экономическую нагрузку на бюджет системы ОМС за счет необходимости оказания узкоспециализированной медицинской помощи, на государство и общество в целом за счет непрямых затрат, связанных не только с временной утратой трудоспособности, но и с инвалидизацией и даже смертельным исходом среди женщин молодого возраста (материнская смертность).

Таким образом, разработанная модель продемонстрировала, что применение фоллитропина дельта ассоциировано с меньшим уровнем затрат на проведение всех трех циклов ЭКО/ИКСИ программ ВРТ. Суммарные затраты на проведение цикла 1 при применении фоллитропина дельта составили 132 123,99 руб., фоллитропина альфа – 133 392,19 руб. Суммарные затраты за три цикла при использовании фоллитропина дельта составили 200 952,17 руб., фоллитропина альфа – 204 296,62 руб. (разница 2%).

Можно сделать вывод, что за счет более предсказуемого овариального ответа и минимизированного риска развития СГЯ применение фоллитропина дельта приводит к снижению нагрузки на систему здравоохранения и более рациональному расходованию средств бюджета системы ОМС.

Итоговые результаты проведенного анализа «затраты–эффективность» представлены в таблице 8. Результаты сравнительного клинико-экономического анализа демонстрируют, что показатель затрат на 1 случай отсутствия медицинских вмешательств в связи с СГЯ для фоллитропина дельта составил 135 234,38 руб., это на 3,2% меньше по сравнению с аналогичным показателем при применении фоллитропина альфа (139 677,69 руб.).

Таким образом, применение фоллитропина дельта по сравнению с фоллитропином альфа является строго предпочтительной альтернативой, т.к. он демонстрирует лучшую эффективность при более низких затратах.

С учетом всех допущений и предположительного размера целевой когорты (78 тыс. циклов ВРТ) анализ текущей практики показал, что затраты в течение 1 года составляют 10,4 млрд руб. В рамках моделируемой практики при условии применения анализируемых препаратов в соотношении 50/50 затраты в течение 1 года составят 10,35 млрд руб. (разница 49,5 млн руб., или 0,5%) (табл. 9). Т.е. применение фоллитропина дельта снизит экономическую нагрузку на систему здравоохранения РФ, а полученная экономия финансовых средств позволит дополнительно провести 374 цикла программ ВРТ в течение 1 года.

Анализ чувствительности выявил устойчивость результатов разработанной модели к изменению значений исходных параметров стоимости анализируемых лекарственных препаратов, затрат на оказание медицинской помощи в рамках циклов программ ВРТ, численности целевой популяции и долей применения анализируемых препаратов в пределах 3%.

Результаты проведенного исследования показали, что применение индивидуального режима дозирования фоллитропина дельта для проведения контролируемой овариальной стимуляции у взрослых пациенток в рамках циклов ЭКО/ИКСИ программ ВРТ является клинически эффективным и экономически целесообразным подходом к организации медицинской помощи взрослым пациенткам с бесплодием на территории РФ.

1. Кравцова Н.С. Стимуляция сперматогенеза гонадотропинами и антиэстрогенами при патозооспермии и бесплодии. Дис. ... канд. мед. наук. М.; 2020. 2. Селезнева И.Ю. Бесплодный брак. Эпидемиологическое исследование. Диc. … канд. мед. наук. М.; 1999. Филиппов О.С. Бесплодный брак в Западной Сибири. Диc. … д-ра мед. наук. М.; 1999. 3. Шестакова Ж.А. Частота, структура и повреждающие факторы бесплодного брака в сельской и городской популяции Алтайского края. Автореф. дис. … канд. мед. наук. Омск; 2009. Кузьменко Е.Т. Клинико-эпидемиологические аспекты женского бесплодия (на примере Иркутской области). Автореф. дис. … канд. мед. наук. Иркутск; 2008.